"Финансы", N 8, 2001

ВЕКСЕЛЬ В ГРАЖДАНСКОМ ОБОРОТЕ

В течение последнего десятилетия наблюдается неуклонный рост применения в российском коммерческом обороте такого известного финансового инструмента, каким является вексель. Вместе с тем российское вексельное законодательство продолжает вызывать множество весьма непростых вопросов в правоприменительной практике.

Некоторые такие вопросы были решены в совместном Постановлении Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 4 декабря 2000 г. N 33/14 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей" (далее - Постановление N 33/14). К вопросам вексельного обращения ВАС РФ обращался и ранее, в частности в Обзоре практики разрешения споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте, доведенном до сведения арбитражных судов Письмом Президиума ВАС РФ от 25 июля 1997 г. N 18 (далее - Обзор).

Напомним, что сегодня в Российской Федерации отношения, связанные с обращением векселей, регулируются Законом РФ от 11 марта 1997 г. "О переводном и простом векселе" и Постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1937 г. "О введении в действие Положения о переводном и простом векселе" (далее - Положение). Эти российские нормативные акты должны применяться в соответствии с Вексельными конвенциями 1930 г., участницей которых является Россия как правопреемник бывшего СССР. Одной из этих Конвенций был введен в действие Единообразный закон о переводном и простом векселе (далее - ЕВЗ), другая имела целью разрешение некоторых коллизий законов о переводных и простых векселях.

Вексельные сделки регулируются, в первую очередь, нормами специального вексельного законодательства. Однако в случае отсутствия специальных норм в вексельном законодательстве к таким сделкам, с учетом их особенностей, применяются общие нормы гражданского законодательства о сделках и обязательствах (ст.ст.153 - 181, 307 - 419 Гражданского кодекса РФ). Согласно ст.815 нормы ГК, регулирующие заем, применяются к отношениям по векселю постольку, поскольку они не противоречат специальному вексельному законодательству. Принцип субсидиарного применения ГК может распространяться и на другие его нормы.

Статья 143 ГК относит вексель к числу ценных бумаг.

Ценной бумагой является документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении. Поскольку ст.4 Закона "О переводном и простом векселе" допускает возможность составления простого и переводного векселя только на бумаге, вексель не может быть оформлен на других носителях (например, электронных). Поэтому к обязательству, которое по тексту названо вексельным, но не зафиксировано на бумажном носителе, не могут быть применены нормы вексельного права. Этим определен строго формальный характер ценной бумаги вообще и векселя в частности.

Перечень обязательных реквизитов переводного и простого векселя установлен соответственно в ст.ст.1, 75 Положения о переводном и простом векселе. Отсутствие большинства этих реквизитов лишает документ силы векселя, то есть к нему не могут применяться нормы вексельного законодательства.

Положение требует, чтобы вексель был подписан векселедателем (ст.ст.1 и 75). Применение этих норм вызывало некоторые сложности в случаях, когда векселедателем являлось юридическое лицо. Дело в том, что согласно ст.53 ГК юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы. Поэтому подписание векселя или индоссамента органом юридического лица означает принятие на себя обязательств по векселю самим юридическим лицом. Однако в п.3 ст.7 Федерального закона от 21 ноября 1996 г. "О бухгалтерском учете" установлено, что без подписи главного бухгалтера денежные и расчетные документы, финансовые и кредитные обязательства считаются недействительными и не должны приниматься к исполнению.

Поскольку вексель представляет собой финансовое обязательство, у практиков возникали вопросы о том, распространяется ли указанное требование на вексельные отношения. В упомянутом Постановлении N 33/14 предложено при решении этой коллизии исходить из конвенционального приоритета норм Положения о векселе. В силу этого векселя, выданные или индоссированные от имени юридического лица, но не содержащие подписи главного бухгалтера, не должны расцениваться как составленные с нарушением требований к форме векселя или индоссамента.

Весьма важное практическое значение имеет положение п.5 Постановления N 33/14, где в дается толкование выражения "текст документа" (в формулировке требования к так называемой "вексельной метке"). Согласно последнему наименование "вексель" должно быть включено непосредственно в текст документа и на том языке, на котором документ составлен. Считается, что только включение вексельной метки способно выразить волю векселедателя подчиниться нормам специального вексельного законодательства.

Поэтому и текстом векселя следует считать ту его часть, в которой словами выражена сущность векселя, то есть предложение или обещание уплатить. Включение же слова "вексель" в любую иную часть документа не является вексельной меткой и не придает документу силы векселя.

Вексель может быть передан векселедержателем другому лицу посредством индоссамента, вследствие чего это лицо становится новым векселедержателем. Согласно Положению ст.ст.11, 77 если векселедатель поместил в векселе слова "не по приказу" или какое-либо равнозначное выражение, то документ может быть передан лишь с соблюдением формы и с последствиями обыкновенной цессии.

Примерами равнозначных выражений, запрещающих передачу векселя по индоссаменту, могут быть такие выражения, как "платите только такому-то лицу", "платите такому-то, но не по его приказу", "без права индоссирования", "передача в общегражданском порядке", "передача в порядке обыкновенной цессии". При наличии подобных оговорок вексель должен рассматриваться как именная ценная бумага, права по которой передаются в порядке и с последствиями, установленными для прав уступки требования (п.2 ст.146, ст.ст.382 - 390 ГК).

Сделка уступки права требования по векселю (цессии) должна быть оформлена письменно на векселе (на добавочном листе) или отдельным документом, составленным цессионарием и цедентом. При оформлении уступки права требования отдельным документом в нем необходимо индивидуализировать вексель, права по которому являются предметом уступки. При отсутствии признаков такой индивидуализации договор об уступке прав требования не может считаться заключенным как не содержащий условия, которое (в силу п.1 ст.432 ГК) относится к числу существенных условий договора.

Лицо, у которого находится вексель, рассматривается как законный векселедержатель в том случае, когда оно основывает свое право на непрерывном ряде индоссаментов, даже если последний индоссамент является бланковым (ст.ст.1б, 77 Положения; зачеркнутые индоссаменты считаются при этом ненаписанными). Ряд вексельных индоссаментов признается последовательным, если каждый предыдущий индоссант является последующим индоссантом, независимо от месторасположения передаточных надписей на векселе или на добавочном листе и даты их совершения.

Следует также иметь в виду, что подписи индоссантов, которые не могут обязывать тех лиц, которыми или от имени которых они поставлены, не прерывают ряда индоссаментов. Законный векселедержатель не обязан доказывать существование и действительность своих прав - они предполагаются таковыми, пока должник не докажет обратного.

Право требования по векселю может переходить к другому лицу не только по основаниям, предусмотренным Положением, но и при переходе права собственности на вексель по основаниям, предусмотренным общегражданским законодательством. Например, переход прав по векселю в составе наследственной массы, в составе имущества предприятия при его продаже как имущественного комплекса (ст.132 ГК), при переходе прав к другому юридическому лицу при реорганизации юридического лица - векселедержателя, при принудительной продаже векселя с публичных торгов. В таких случаях отсутствие на векселе отметки в форме индоссамента о переходе прав само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении требования векселедержателя по векселю при условии, что им будут представлены доказательства того, что вексель перешел к нему на законных основаниях (см. п.10 Постановления N 33/44).

В ст.18 Положения предусматривается возможность постановления на векселе так называемого препоручительного индоссамента, выражаемого обычно оговоркой "валюта к получению", "на инкассо", "как доверенному". При наличии такой оговорки векселедержатель может осуществлять все права, вытекающие из переводного векселя, но индоссировать его он может только в порядке препоручения. Исходя из этого держатель векселя на основании препоручительного индоссамента вправе предъявить требование о платеже, получить платеж, совершить протест в случае неплатежа. Однако обратиться в суд с требованием о принудительном взыскании по векселю держатель векселя с препоручительным индоссаментом вправе лишь при наличии специальной доверенности индоссанта.

Согласно ст.ст.8 и 77 Положения каждый подписавший вексель в качестве представителя лица, от имени которого он не был уполномочен действовать (или превысил свои полномочия), сам несет обязанности по векселю в полном объеме и, если он уплатил, имеет те же права, что и указанный в документе в качестве представляемого. Поэтому получивший вексель от представителя, не имеющего достаточных полномочий на выдачу или передачу векселя, не может требовать исполнения от лица, от имени которого вексель выдан или передан. Однако получатель может требовать платежа от самого лица, подписавшего вексель, в том же объеме и на тех же условиях, как если бы он выдал или передал вексель лично.

Если представляемое лицо одобрит совершенную от его имени сделку, ответственность по векселю несет представляемое лицо (см. п.2 ст.183 ГК). Однако здесь следует обратить внимание на Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 23 октября 2000 г. N 57, где отмечается, что в случаях превышения полномочий органом юридического лица или публично - правового образования при совершении сделки п.2 ст.183 ГК применяться не может.

Важное значение имеет указание Постановления N 33/14 о том, что недействительность сделок, на основании которых был выдан или передан вексель, не влечет его недействительности как ценной бумаги и не прерывает ряда индоссаментов (п.13).

В соответствии с п.17 лица, к которым предъявлен иск по переводному векселю, не могут противопоставить векселедержателю возражения, основанные на их личных отношениях к векселедателю или к предшествующим векселедержателям, если только векселедержатель, приобретая вексель, не действовал сознательно в ущерб должнику. Наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности держателя векселя, доказывается лицом, к которому предъявлен иск.

Под личными отношениями лица, к которому предъявлено требование по векселю, с иными участниками вексельного отношения являются все отношения с ними, основанные на юридических фактах, ссылка на которые или опровержение которых заставили бы их обосновывать свое притязание иначе, чем путем ссылки на порядок, предусмотренный ст.16 Положения. К личным относятся такие отношения по сделке между конкретными сторонами либо наличие обманных действий со стороны держателя векселя, направленные на получение подписи данного обязанного лица, а также иные отношения, известные сторонам спора.

Согласно ст.5 Положения проценты на сумму векселя, содержащего формулировку сроком платежа "по предъявлении" или "во столько-то времени от предъявления" начинают начисляться со дня составления векселя, если в самом векселе не указана другая дата. Следует иметь в виду, что указанием другой даты должна считаться как прямая оговорка типа "проценты начисляются с такого-то числа", так и дата наступления минимального срока для предъявления к платежу векселя сроком "по предъявлении, но не ранее" (в соответствии с ч.2 ст.34 Положения). Начисление процентов на сумму векселя со сроком платежа "по предъявлении" заканчивается в момент предъявления векселя к платежу, но не позднее момента истечения срока, установленного ч.1 ст.34 Положения.

Как отмечается в Постановлении N 33/14, вексельные сделки порождают две категории вексельных обязательств обязательства прямых должников и обязательства должников в порядке регресса (п.21). Прямыми должниками являются векселедатель в простом векселе и акцептант в векселе переводном. Требования к ним, а также к авалистам данных лиц могут быть предъявлены как в срок платежа, так и в течение всего срока вексельной давности безотносительно к наличию или отсутствию протеста. Основанием требований к прямым должникам является вексель, находящийся у кредитора.

Все иные лица являются участниками регрессных вексельных обязательств, возникающих только при условии опротестования либо иного нарушения процесса оборота векселя со стороны прямых должников. Без такого протеста регрессные должники не обязаны по векселю, кроме случаев, когда иное предусмотрено в самом векселе либо прямо установлено Положением. В связи с этим необходимо иметь в виду, что по наступлении срока платеж по векселю может быть потребован только от прямого должника, но не от должника, обязанного в порядке регресса.

Отдельно следует остановиться на квалификации в Постановлении N 33/14 и Обзоре сроков давности, установленных в п.70 Положения. Правильность подхода высших российских судебных инстанций к этому вопросу вызывает серьезные сомнения. Как следует из Постановления N 33/14 и Обзора, установленные в ст.70 Положения сроки предлагается считать не сроками исковой давности, а "пресекательными сроками". Следует обратить внимание, что ни в одном из упомянутых судебных актов не приводится хотя бы краткого обоснования такого подхода, хотя мотивировка позиции, занятой по столь важному вопросу, была бы более чем уместна.

Напомним, что российское законодательство не содержит термина "пресекательный срок". В науке российского гражданского права под пресекательным сроком понимается срок существования субъективного гражданского права, с истечением этого срока прекращает существовать само субъективное право. В отличие от пресекательного срока, срок исковой давности это срок для защиты нарушенного субъективного права.

С истечением срока исковой давности прекращает существовать право на иск в материальном смысле, то есть право получить от суда защиту нарушенного субъективного права, само же субъективное право продолжает существовать, хотя и в "ослабленном" виде. Поскольку пресекательные сроки не являются сроками исковой давности, к ним неприменимы нормы об исковой давности, в том числе о ее перерыве, приостановлении и восстановлении. Пресекательный срок продлевается лишь при наличии прямого указания об этом в законе (ст.547 ГК РСФСР 1964 г.).

Предусмотренные в ст.70 Положения сроки установлены в качестве сроков для защиты нарушенного права управомоченного лица на получение платежа от прямого должника или от должника в порядке регресса. В отсутствие нарушения этого права нет необходимости в предъявлении иска.

Подписано в печать А.М.Эрделевский

08.08.2001 Профессор МГЮА,

доктор юридических наук

     
   ——————————————————————————————————————————————————————————————————
————————————————————
——